Там меня забанили, скажу здесь

Вот на это ---

"25 лет сколенвставания
Mar. 13th, 2010 at 10:55 AM

У юной коммунистки Митиной нелюбовь к бывшему шефу.
Хотя сколько ей было пионерке.
Когда Горбачев дал людям возможность не только думать о свободе.
В советском болоте, на кочках-кухнях стали обсуждать и даже что-то делать.
Другие газеты, другие радиостанции, другое телевидение, наконец.
Появились благодаря странному желанию перестроить это болото.
Наверное, идеально было бы построить уже не железный занавес.
А железобетонный, как в Берлине.
Но на болоте стали появляться сверчки и светлячки.
Которым уже не хотелось дышать болотным газом.
И наслаждаться кваканием идеологов Политбюро ЦК КПСС.
Тогда действительно начался процесс сколенвставания.
И юная коммунистка Митина могла легально покупать жвачку.
Пить "кока-колу", носить джинсы.
Но самое главное - писать то, что она сейчас пишет.
До Горбачева гнить бы ей в лагерях..."(http://olegpanfilov2.livejournal.com/1618983.html)

Скажите, как-то можно объяснить человеку, что нельзя дать возможность думать о свободе? Либо ты свободен, и тогда никакие ограничения не важны, либо нет.
Пункт второй. Далась вам эта жвачка. Такое чувство, что человек в своей жизни слаще морковки ничего не видел. Либо образ истинно свободного человека был почерпнут г-ом Панфиловым из советских карикатур: в джинсах, с колой в руке и выдувающим огромный пузырь.
Ну а последний пассаж автора напрочь перечеркивает все, что он когда-либо говорил о кровавом российском режиме. Горбачев давно не у власти, правит нами тиран, а Митина еще не сгнила в лагерях. Странно как-то.
Самира, я иногда себя чувствую попугаем из миниатюры Хазанова. Помните? " Я и здесь молчать не стану! Тигру мяса недодают"
Ну нельзя же людей за дураков-то держать)
(заинтересованно) Сколько времени занял процесс?
Значит, мне осталось еще месяцев шесть промучиться)
Тут вот какая история: свободомыслие у нормальных людей обычно ограничивается инстинктом самосохранения. Если ты знаешь, что за твою свободу мысли тебя расстреляют (более мягкий вариант - отправят в лагеря; ещё более мягкий - выгонят с работы и оставят без средств к существованию), ты будешь мыслить не так свободно. Горби помог победить этот страх. Бояться стало нечего. Вот что главное.

Ну и последний абзац ничего, конечно, не перечёркивает. Он ведь говорит "до Горбачёва", а не "после Ельцина". Нынешним малышам до тиранов далеко. "Он слишком был смешон для ремесла такого" :)

Пы.Сы. Это любимец мой давнишний. Я и сам там забанен давно. Но иногда и он пишет бесспорные вещи.
У меня дедушка очень хорошо разобрался с этим самым инстинктом. Три раза раскулачивали, потом война, родной брат после плена, плюс все верующие. Так он в дворники после войны пошел. И говорил всегда, что хотел. А это было еще при диктаторе)

Так я же не только по этому тексту сужу, а по всему его журналу. А, сказав " до Горбачева", надо ли говорить "после Ельцина"?
Всё бросить и пойти в дворники - это высшая степень внутренней свободы, которая присуща лишь единицам. Большинство - простые смертные с известными слабостями. Вот именно нам, простым смертным, Михал Сергеич и помог избавиться от страха. И это очень много.
А в лагеря и особо болтливых дворников отправляли.

По всему журналу всё давно понятно - моральный урод, каких поискать. Но сейчас-то речь о конкретном тексте.

"До Горбачёва" и "после Ельцина" - совсем не одно и то же. Пока, по крайней мере.
Наверное, из-за своей семьи я и не понимаю, как кто-то может дать кому-то свободу? Ведь даже в лагерях люди ухитрялись быть свободнее многих из тех, кто был на "воле".

После разговоров с вами, начинаю думать о себе как о православном цинике-максималисте.)
Так ведь не "дать свободу", а "убрать фактор страха", благодаря чему простые обыватели перестали бояться свободы. Всё равно не понимаете?

Ну, некоторым идеализмом отдаёт, конечно :) А я начинаю думать о себе как о цинике-конформисте. Впрочем, нет, не начинаю - продолжаю, конечно.
Про "фактор страха" понимаю, конечно. Но мне кажется, что его значение в новейшей истории несколько преувеличивают. Все же нельзя сравнивать застой с эпохой Сталина.
Какой процент населения России делал революцию 90-х годов? От 2-ух до 10-ти, рискну предположить. А эти люди и до Горбачева не боялись. Все остальные просто пошли туда, куда их повели.

Хорошо, когда есть общий знаменатель)
Что касается сравнения застоя и эпохи Сталина, то я всегда вспоминаю, как моя мама рассказывала про свой страх от того, что у неё в сумочке лежал самиздатовский Солженицын. Дали ей почитать на одну ночь, а утром надо было везти возвращать. И вот спускается она с ним в метро и буквально шарахается от каждого человека в милицейской форме, да и на штатских тоже с душевным трепетом смотрит - того и гляди подойдут и спросят, что это там у неё такое в сумке. А это 70-е были, самый-самый застой. С одной стороны, конечно, наивно и смешно, с другой - было, значит, что-то такое, какой-то иррациональный страх. А у неё двое детей к тому времени. Вот тут, кстати, фактор страха ох как много значит. Какая может быть свобода мысли, когда о детях надо думать в первую очередь?

А боялись или нет революционеры 90-х до Горбачёва - тут точно не скажешь. Почти все ведь были членами партии, между прочим.
Тут уже встает вопрос о временных рамках. Я Солженицына читала в начале 80-х. Принесла соседка и тоже на одну ночь. Читали пять квартир одновременно.) Страх был, но другого свойства: не успеем до утра.

Написала и подумала, что я же счастливый человек.
Ой, читать Панфилова! Нет уж, увольте!
В который раз убеждаюсь - не все с возрастом умнеют... Вот и Панфилов не исключение.
Неужели собирание на кухнях благословил Горбачев? А до того чем занимались? Поди, комсомолом рулили. А кое кто в партии состоял, а хоть бы и из карьерных соображений... Тьфу!
Кто может тебе дать свободу, если ты ждешь разрешения собираться на кухнях? Смотрю я на них и жаль их становится - предел мечтаний жвачка-джинсы-кокакола. И писать ту фигню, которую пишут. Свобода испражняться прилюдно - оно, конечно, высшая цель человечества. Ага. Хотя, пусть - зато сразу видно кто есть кто.
Вот и я про свободу в панфиловском исполнении не очень хорошо понимаю)

Не надо прилюдно -- не у всех это получается сделать высокохудожественно.)
Когда берутся объяснять, что такое свобода - как-то убожество сразу вылезает. Сразу видно - склочничать человек желает, а так же желает, чтобы публика внимала в восторге, а кто не внимает, так он раб и быдло, ату его!
Кстати, еще об одном борцуне. С восторгом узнала, что шевчуковская пламенная речь была произнесена в Олимпийском, но не на личном концерте, а на концерте, посвященном награждению какого-то радио. Выступал в самом начале, думаю, митингнул, пока никто не сориентировался. Там сестрица моя была, как оказалось. Молодежь веселилась, те кто постарше плевали слюной. Бедолаги ведущие не знали, как им теперь вывернуться. Но зато потом на фоне брутального Шевчука всякая фигня так позитивно воспринималась! Эх, работа на "разогреве" Юре светит... И, конечно "глубокое подполье".)
Да, у него очень хорошо получилось поставить на одну доску свободу и жвачку.)
А Шевчук... Меня его внезапный пассаж забавляет, не более того. Как я песни его слушала, так и дальше буду слушать.)
это странная брат свобода, ты со всеми, и ты - один
отдохнувшие за ночь ноги ты просунул в мятые брюки,
и стаканом горячего чая отогрел озябшие руки,
дверь открыл "от себя" и вышел, слегка сутулясь, подняв воротник,
и холодный утренний воздух в рукава к тебе проник.
ты один сегодня, брат, сегодня ты один из нас.

серый цвет маскирует лица, и в глаза не смотрит встречный,
где-то в небе летает птица, говорят там и путь есть млечный,
твоё небо здесь на асфальте, горизонт в частоколе спин,
это странная брат свобода, ты со всеми, и ты - один.
ты один сегодня, брат, сегодня ты один из нас.

за тебя кто-то там решает - что и как тебе неизвестно,
ты не знаешь его, и не знает он, как в свободе твоей тебе тесно,
как давно уже не различимо твоё тело и дух, и как
без причины обходишь спины, ускоряя свой пульс и шаг.
ты один сегодня, брат, сегодня ты один из нас.

этот день пронесётся мимо, как комок целофанной дряни,
ты прочтёшь машинально буквы, на несущемся вдаль целофане,
ты сегодня снова не сдался, снова ты никого не сдал,
не сказал то, что не думал, даже если весь день молчал.
ты один сегодня, брат, сегодня ты один из нас.

в тишине опустевших улиц каблучков стучит морзянка,
отшумел дневной беспредел и затихает вдали преребранка,
ты ещё один день прибавил, растянув своей жизни круг,
ты свободен жить без хозяев и ты свободен жить без слуг.
ты один сегодня, брат, сегодня ты один из нас.
Re: это странная брат свобода, ты со всеми, и ты - один
Это же ваши стихи?
Как все точно
Re: это странная брат свобода, ты со всеми, и ты - один
господин Панфилов тоже очень любит поэзию - подписался на мой журнал, усердно читает:)
Re: это странная брат свобода, ты со всеми, и ты - один
Его можно понять -- у вас хороший журнал и совершенно замечательные стихи)
(с надеждой) А вдруг вы на него повлияете и он станет лучше, добрее, честнее?
Оль, начала читать и испугалась: Что-то знакомый столбик)))) Оправилась только к концу текста.
Слушай, я все понимаю - попугай, мяса тигру не дают))), но все ж таки - давно пора уже этого перв=сонажа послать нах.)))
Почему-то сегодгня нууу совсем не хочется о таком гавное говорить .
Давай лучче о вечном.
На правах рекламы))) Ну напримерЮ, моя дочь сделала ролик о нашей даче. О родовом гнезде, тассказать. Видела?
http://wawa-umka.livejournal.com/441818.html
Шок -- это по-нашему))
Не могу, Кать. Сидит такая вонючка рода человеческого и гадит по периметру.)

Я видела. Чуть не заплакала -- хорошо, когда есть Дом. Даже где-то позавидовала. А писать ничего не стала, потому что я не знаю, что писать, когда все так прозрачно.
Когда Горбачев пришел к власти, я уже работала после института, т.е. была уже вполне взрослой женщиной. Закончила закрытую оборонную специальность. О том, что при Горбачеве какой-то там страх уменьшился - полная ерунда, легенда, придуманная позднее. Ни я, ни мои родители не были диссидентами в полном смысле этого слова, просто потому, что никому из нас это было неинтересно. Но на предложение вступить в партию моя мама несколько раз отвечала, что не будет заниматься тем, что можно сделать только для выгоды или по глупости, и никто ее ни в чем не ущемлял. Высказывания нашего окружения и наши тоже не поменялись со сменой власти.
До сих пор помню, когда опубликовали в газете известие о назначении Горбачева и его биографию, мама сказала: "Этот всю жизнь был на освобожденных комсомольско-партийных должностях, про жизнь ничего не знает, может наворотить все, что угодно. Теперь нам мало не покажется."
Можно сколько угодно рассказывать о своих ощущениях и своей жизни, но они же все равно отмахнутся от нас, как от надоедливых мух. У них свободу выдают только по высочайшему повелению.
Самое интересное и неприятное, что такие товарищи свои прошлые ощущения, слова и поступки начинают забывать или переиначивать в соответствии с текущим моментом. У меня одно из самых жутких жизненных открытий в период перестройки было то, что люди ИСКРЕННО под воздействием СМИ меняют свои убеждения на практически противоположные. Сначала я думала, что они просто повторяют выгодную в текущий момент точку зрения, а потом осознала их искренность. Вот это мне кажется страшным. В то время я поняла, что процент невнушаемых людей едва ли достигает десяти, что они редки как выродки в "Обитаемом острове".
конечно, понравилось - не все же читать приятное
иногда полезно и больное...
пишите еще - вам зачтется :)